![]() |
ТЕКСТЫ |
![]() |
Немного даже не по себе определять(ся) со стилем автора, но он действительно достойный. Суховатый даже, нарицательный, перечислительный. Телеграфно-бытовой в том духе, когда из старой постройки дома, там, за автовокзалом, отбиваются телеграммы на Марс. Я, такой-то, докладываю, жив, сварил суп, поработал, иду за детьми в сад. Майор Том ЦУПу. Прием! Так пишет Дмитрий Данилов свои метафизические отчеты о поездках на люберецком автобусе, в город Подольск, на занесенный снегом стадион пустых трибун матча команд 3-й лиги.
Отгремели битвы литературных премий, переругались все, кому суждено было переругаться, и недовольными, как водится, остались все.
Я вот тоже недоволен. Две книги, которые заслуживают и премий, и уж хотя бы подробного разговора, остались в стороне не только от премий, но, кажется, и от литературного процесса, если я правильно понимаю эти слова.
Об одной из этих книг я никогда не напишу, и это «Ненастье» Алексея Иванова.
А о второй напишу прямо сейчас, и это «Колыбельная» Владимира Данихнова.
Я бы ее никогда не прочел, потому что ничего не слышал ни о ней, ни об ее авторе, если бы не попал в прошлом году в жюри премии «Русский Букер». Тут я вынужден признаться, что выше слегка наврал про то, что «Колыбельная» осталась в стороне от литературных премий. Точнее, от других премий — да, а от «Букера» — нет. Она вошла в шорт-лист, а на заключительном обсуждении чуть не стала победителем. Трое членов жюри очень хотели этого, но остальные стояли насмерть, в результате чего и случилось это самое «чуть». Короче, не стала.
Отношения с современной русской прозой у меня никак не налаживаются. А я старался! Стоило взять в руки очередное произведение и немного полистать, как моментально приходило осознание: автор очень, ну прямо-таки изо всех сил хочет быть РУССКИМ КЛАССИКОМ. То есть пишет он не из желания рассказать историю, но из-за мечты стать великим писателем. Что ни абзац, так размышления о глубине русской души, что ни глава, так экзистенциальный кризис и философия жизни. Поэтому и книга Владимира Данихнова приятно удивила.
Если делить книги на те, в которых автор живописует добродетели и райские красоты, и на те, где изображены пороки и адские ужасы, то новый роман Владимира Данихнова «Колыбельная» безусловно относится к последним.
Небольшие тексты.
Так. Секундочку. Прежде чем я отвечу на этот вопрос, заметьте, что я совсем не нервничаю.
Эта книга о людях. Главный герой куда-то идет. Вот он идет, идет. Пришел.
...проблема, как мне кажется, вовсе не в том, что у кого-то есть какие-то взгляды, допустим левые или правые, или, допустим, центристские...
Собрались как-то Иванушка-дурачок, Иванушка-придурок, Иванушка-дебил, Иванушка-идиот, Иванушка-мудак, Иванушка-садист и добрый Иванушка...
...критик Б. тут же заявил, что А. — восходящая звезда российской словесности...
Одной девочке задали на дом написать сочинение «Путин мой президент».
Василий изображал из себя принципиального человека
Некий Козлов революции не хотел
Он ходил по парку и спрашивал у прохожих:
— Ведь, правда, я урод?
Одному важному деятелю воробышек накакал на голову
Один деятель требовал к себе уважения
Один писатель всегда запоминал, когда про него плохо говорили
Один молодой человек оппозиционной направленности узнал про эффект бабочки...
Один блогер написал у себя в блоге, что арбузы нынче какие-то недостаточно зеленые.
Один молодой человек решил стать поэтом.